Я веду машину, нервно сжимая руль. Я не смотрю на спидометр, где стрелка показывает значение, которое превышает максимальную скорость на дороге в городе. Одно из моих любимых адреналиновых качелей — это скорость. Обычно гоняю на небольшом автодроме, где можно выплеснуть всю свою злость; порой это пустые дороги трассы, где можно выдавить из машины всё на максимальную скорость. Пока в кабине не появится запах горелой резины. Он возвращал меня в реальность, вынуждая меня сбавить скорость и ударить по тормозам. Только сейчас — педаль в пол и завывания в ушах, и нет мысли нажать на тормоз.

Я тихо рассмеялся. Не от радости. От боли, которая, как серная кислота, растекалась внутри меня, уничтожая очередную преграду. Снова. Снова. К чёрту. Снова я оказался нокаутирован — с у д ь б о й. Вкус предательства смешивается с горечью. Чего ты ожидал, Каин? Внутри завывает шторм; затишье — пугающее. Словно всё замерло в ожидании, когда воды поднимутся, обнажая уродливое дно. Чего ты ожидал? Что чистокровная ведьма окажется другой? Я верил, правда — я был влюблён до головокружения, оставляя позади свой рационализм и постоянный контроль. Доверился. Влюбился. Поверил, что может быть по-другому.

Только нет. Эва, так же как и другие, взяла нож и, не задумываясь, вогнала в сердце. И медленно, скорее всего с наслаждением, прокручивала. Чем дольше я думал, сколько она держала меня за идиота, тем больше внутри разрасталась воронка, в которую пропадали все эмоции. Всегда. Мне наплевать, что на пассажирском сиденье сидит Айя, которая появилась на пороге моей квартиры, вытащила за шкирку. Я только приехал из Японии, разговор с Фукусимой закончился — неприятно. Она продолжала верить в одну истину — её сын умер из-за меня. Жизнь за жизнь — вот её арифметика, где нет другого варианта.

В городе только слепой и глухой не знает о свадьбе, на которую я  не был приглашён. Авель скинул фотографии из газет, где писалось о предстоящем событии. Я думал, переживу в своей квартире, потому что если попытаюсь прийти на этот праздник лицемерия, то кого-нибудь убью. Магия выйдет из-под контроля, и я разнесу к чёртовой матери всё, до чего доберётся моя магия. У меня возникала мысль поговорить с Эвой, но она заглушалась волной злости и бьющихся внутри эмоций, которые я старался держать в узде.

Опасно. Убью. Когда эмоции внутри начинают бушевать, ни контроль, ни воля не выдерживают их натиск. Я бросил взгляд в сторону Айи, которая не выглядела испуганной. Скорее, была в предвкушении, и где-то плескалось — беспокойство. Айя и беспокойство существовали в разных вселенных. Скорее, она уже строила план на десять шагов вперёд. Она пришла ко мне, застав меня сидящим на полу, смотрящим в одну точку. В глазах — чёрная бездна, из которой невозможно выбраться.

Она заставила меня надеть костюм, поехать и посмотреть на проклятую свадьбу. Посмотреть со стороны. Она давила на то, что я же люблю Эву, как я могу пропустить её свадьбу с другим. Почему я согласился? Наверное, потому что хотел посмотреть на неё в последний раз, потому что потом моя ненависть дойдёт до такого предела, что одно упоминание её имени вызовет всплеск природной магии.

Я не знаю, зачем я еду туда. Чтобы убедиться, что всё по-настоящему кончено? Чтобы увидеть Эву в этом белом? Убедиться, что магии больше нет, что я больше не нужен, что я — только зритель на её личном финале? Или всё же в глубине души надеюсь, что она посмотрит на меня, виновато улыбнётся… и всё пойдёт по-другому сценарию?

Глупо. Проклято глупо. Остановиться — не могу. Промчаться мимо — тоже не могу. Любой исход будет болью, любого выбора хватит, чтобы остаться пустым.

Машина резко затормозила на парковке. Я не дожидался Айи, вышел из машины. Удачное место, чтобы увидеть, как твоё сердце превращается в пыль. Ведь оно будет раскрошено женщиной, которая сделала свой выбор.

— Что, тебе понравится зрелище? — выдавливаю злобно из себя, смотря на расслабленную Айю, которая смотрела на меня своим лисьим взглядом. — Уверен — да. У вас с Авелем одинаковая натура. Один скидывает новости, вторая тащит меня смотреть, как... — я замолкаю на слове «л ю б и м а я». Оно как лезвие режет. — Она выходит замуж, — киваю головой в сторону.

— Я поверил ей, представляешь, — ядовитая усмешка. — Думал, что правда вот оно, моё счастье. Но нет, она сделала мне ещё больнее, потому что я доверился чистокровной ведьме, — болезненный смех.

Передо мной Эва стоит рядом с будущим мужем. Я не вижу ничего другого. Только картинку. Факт. Счастливая невеста рядом с довольным мужчиной. Я хочу выть от раздирающей меня боли внутри.

Эва разбила меня сильнее, чем кто-либо на этом чёртовом свете.

Я идиот, который поверил той, кому не стоило верить. Той, в которой хотел раствориться. Той, которую любил до такой степени, что даже сейчас боюсь сделать больно. Магия не будет выбирать, она уничтожит всех, кто окажется на её пути.

Я расслабляю галстук, делаю глубокий вдох. Прикусываю до крови губы. Сцепляю зубы до такой степени, что жевалки заиграли на лице.

Я злюсь. Я в бешенстве. Я хочу вырвать себе сердце, где была она, невеста в белом платье.